Вместе с тем их объединяют сходство исторического развития и сопоставимость теперешнего положения в экономической, политической и военно-стратегической системе империализма. Параллельное рассмотрение экономического и политического развития двух этих государств позволяет лучше уяснить его характерные особенности и тенденции. Канада и Австралия проделали сходный исторический путь: от переселенческой колонии Великобритании, а затем доминиона до суверенного государства.

Обзор за 1982 г. и начало 1983 г. М., 1983, с. 7. Обзор за 1983 г. и начало 1984 г. М., 1984, с. 9 (Приложения к журналу МЭМО) Особенно высокого уровня развития экономики достигла Канада. Согласно подсчетам американских экономистов, в конце 70-х годов производство товаров и услуг на душу населения этой страны составляло 88 % от уровня США 2. Значительно уступая Канаде по важнейшим экономическим показателям, Австралия тем не менее представляет собой крупную величину в рамках мировой капиталистической экономики, а в азиатско-тихоокеанском регионе по экономической мощи является второй (после Японии) капиталистической страной.

В самое последнее время в Канаде открыты новые крупные месторождения нефти, природного газа, урана; в Австралии — урана, каменного угля, алмазов (по оценкам специалистов, австралийские месторождения алмазов богаче южноафриканских и широкая их разработка, начало которой ожидается с середины 80-х годов, может н корне изменить положение на мировом рынке алмазов). Обе страны — важнейшие поставщики минерального сырья и энергоресурсов на мировой рынок.

Ожидается, что к концу 80-х годов Австралия превратится в самого крупного в мире экспортера каменного угля (оценки вероятных размеров экспорта колеблются от 100 млн. до 180 млн. т; в 1981 г. было экспортировано свыше 50 млн. т) 5. В целом, по прогнозам западных экономистов, ежегодный экспорт энергоносителей (уголь, урановый концентрат, сжиженный природный газ) с Австралийского континента к 1990 г. будет эквивалентен примерно 300 млн.

Стратеги империализма рассчитывают помимо всего прочего использовать наличие канадского и австралийского резервуаров сырья и энергоресурсов как рычаг давления на развивающиеся страны — производители нефти и сырья. i В отличие от других развитых капиталистических стран в Канаде и Австралии сохраняются значительные возможмости развития капитализма «вширь» за счет хозяйственного освоения новых территорий.

Они активно претендуют на свое «место под солнцем».^ Экономический рост двух этих капиталистических держав, их минеральные богатства, возможности расширения промышленного и сельскохозяйственного производства способствуют тому, что буржуазные экономисты и политики дают несколько завышенные оценки их места и мировой экономике и перспектив экономического развития. Канада уже характеризуется как «малая великая держава».

Эта зависимость оказывает негативное деформирующее воздействие на канадскую и австралийскую экономику, ведет, в частности, к замедленному развитию обрабатывающей промышленности, к технологическому отставанию. Характеризуя американо-канадские отношения в хозяйственной сфере, английская газета «Тайме» отмечала «неумолимое сползание Канады к превращению в страну с «подсобной», как ее называют канадцы, экономикой» .

Канаде и Австралии, все глубже вовлекаемым в упомянутые процессы и экономически тесно связанным с США и Японией, отводятся ключевые роли в этом сообществе. Канада представляет собой важнейшую внешнюю сферу деятельности монополистического капитала США, и прежде всего американских транснациональных корпораций. Нет другой страны в мире, от связей с которой в такой степени зависело бы функционирование всего экономического организма американского капитализма.

От дальнейшего развития североамериканской интеграции в большой степени зависят позиции США в мировой капиталистической экономике. Американские монополистические круги уже давно выдвигают идею создания «единой континентальной североамериканской экономики». Если первоначально апологеты «континентализма» включали в североамериканскую интеграционную сферу США и Канаду, то в последнее время в качестве вероятного участника интеграционного процесса называется также Мексика.

В последнее время в Канаде, в том числе среди кругов, определяющих ее внешнюю политику, эта концепция, на деле означающая отказ от национального суверенитета в такой важнейшей сфере, как внешнеполитическая, все чаще подвергалась сомнению. Предпринимавшиеся канадСоединенных Штатов, его отказ от некритической поддержки линии США (последние проявления этого — выдвижение премьер-министром П. Трюдо в ноябре 1983 г.

Эта свобода оказывается особенно ограниченной в условиях обострения международной напряженности. Но для Канады проблема взаимоотношений с могущественным южным соседом — это нечто большее, чем ущемление национального суверенитета и пребывание в «политической тени» США. Вырисовывается угроза самому ее существованию как суверенного государства. Эта угроза (в 1980 г. генерал-губернатор Канады Э. Шрейер, открывая очередную сессию парламента, ставил вопрос о том, будет ли существовать Канада через десять лет ') связана прежде всего с обострением национальных противоречий.

Следует отметить, что во влиятельных политических кругах Оттавы существует твердо укоренившееся мнение, что Канадская конфедерация не переживет отделения Квебека, что в этом случае англоканадские провинции будут «интегрированы» в США 13~14. ^Монополистический капитал Канады получает немалые выгоды от сотрудничества с американским капиталом во всей североамериканской экономической сфере. Внушителен объем канадских инвестиций в США.

первую очередь американских, монополий, за упрочение национальной независимости 15. ^Политическим проявлением растущего сопротивления внутри Канады, в том числе среди части правящих кругов, подчинению страны США служит политика «канадиза-ции». Основная ее цель — уменьшение влияния США н экономической и политической жизни Канады. Эта политика пока не привела к серьезным сдвигам в американо-канадских отношениях.

австрал. долл. 16 При сохранении бывшей метрополией все еще весьма прочных позиций в австралийской экономике происходит неуклонное усиление влияния в ней монополий США. По общему объему капиталовложений на континенте Соединенные Штаты догоняют Великобританию (Австралия была одной из последних важных сфер приложения капитала, где британским монополиям до недавнего времени удавалось сохранять господствующее положение).

В самое последнее время резко возросло значение пятого континента для Японии как источника энергоресурсов, в первую очередь каменного угля, урана, сжиженного природного газа. Японские монополии вообще видят в континенте важнейшую сырьевую, а также энергетическую базу дальнейшего экономического роста Японии. Разработка огромных природных богатств континента определяется прежде всего возможностями сбыта в Японию и осуществляется на базе долговременных японо-австралийских контрактов.

Но характеристика места Австралии в системе экономических взаимоотношений между двумя центрами империализма — США и Японией — была бы неполной без упоминания того чрезвычайно важного обстоятельства, что значительная часть австралийских минеральных ресурсов контролируется американскими монополиями. Они получают большие прибыли от экспорта добываемого сырья и Японию и активно стремятся привязать последнюю к сырьевым источникам континента.

Борьба против растущего засилья транснациональных, прежде всего американских, корпораций занимает ключевое место во внутриполитической жизни страны. У. Хэйден, в то время лидер Австралийской лейбористской партии, заявил в середине 1981 г., что Австралия занимает второе место после Канады по темпам перехода экономики под контроль иностранных компаний и что «австрализация» будет одной из главных задач правительства лейбористов в случае их прихода к власти.

Пришедшее ему на смену лейбористское правительство, не ставя под вопрос союзнические связи с США, тем не менее выступает за большую самостоятельность Австралии на мировой арене. Австралия занимает видное место в военно-политической стратегии империализма. Австралийский континент с расположенными на нем американскими коммуникационными и военно-космическими базами — важнейшее звено в глобальной стратегической системе США.

Она выступала за предотвращение военной конфронтации между СССР и США, между НАТО и Организацией Варшавского Договора, за разрядку. В условиях обострения международной обстановки в начале 80-х годов Оттава в важнейших международных вопросах, в конфликтных ситуациях, несмотря на колебания и непоследовательность, объясняющиеся прежде всего положением Канады в рамках американо-канадского политического и военного «партнерства», занимала, как правило, сдержанную и реалистическую позицию.

Его внешнеполитическая деятельность была в последние годы заметным деструктивным элементом во взаимоотношениях государств двух систем. С приходом к власти в марте 1983 г. лейбористского правительства наметились некоторые позитивные изменения во внешнеполитическом курсе Австралии. Канада и Австралия являются важными компонентами глобального соотношения сил. В современном мире они, взятые вместе, с учетом экономических, политических и военно-стратегических факторов вполне сопоставимы по значению с их бывшей метрополией — Великобританией.

С середины 70-х годов экономическое положение страны значительно осложнилось. Этому способствовало обострение кризисных явлений в мировом капиталистическом хозяйстве в целом и ухудшение внутренних условий функционирования экономики. Необходимость приспособления к новой ситуации послужила стимулом для общей перестройки хозяйства Австралии. Под этим углом зрения в главе рассматриваются развитие производительных сил страны, сдвиги в отраслевой структуре экономики, концентрация производства и капитала и монополизация экономики, роль государства и основные направления государственно-монополистического регулирования.

(на уровне средней европейской страны) и огромной территории — 7,7 млн. кв. км. При этом весьма высока степень концентрации населения в крупнейших городах, значительно удаленных друг от друга . Данное обстоятельство Около 40 % населения Австралии живет лишь в двух городах — Сиднее и Мельбурне, а 60 % — в городах с населением свыше 800 тыс. человек. Расстояние между Сиднеем и Мельбурном, например, равно 900 км при очень малом числе промежуточных пунктов.

Сдерживающее влияние на рост обрабатывающей промышленности Австралии оказывала также ее экономическая (и политическая) зависимость от Великобритании, для которой Австралия была важным рынком сбыта промышленных товаров. Не случайно во время двух мировых войн, особенно последней, когда хозяйственные связи с метрополией в той или иной степени прерывались, обрабатывающая промышленность Австралии получала сильный импульс для своего роста.

Эти и ряд других причин вели к высокой капиталоемкости экономического роста, которая в недостаточной степени уравновешивалась увеличением производительности труда. По коэффициенту приростной капиталоемкости (отношение нормы накопления к темпам прироста ВВП) Австралия стояла на втором месте среди наиболее развитых капиталистических государств, уступая лишь Великобритании, а среднегодовые темпы прироста производительности труда (2,3%) были у нее одними из самых низких 2.

наивысшим за послевоенный период — 5,4 %, то в период 1974—1981 гг. * он упал до самого низкого уровня — Большие надежды на повышение темпов экономического роста правительство Австралии связывало со структурной перестройкой экономики, ускорившейся на рубеже 70 — 80-х годов. Однако резкое обострение противоречий воспроизводственного пооцесса, новый экономический кризис 1981—1983 гг. заставили правительство тормозить перестройку экономики, пытаться смягчать ее воздействие, подчинять долгосоочные цели нуждам сегодняшнего дня.

В 60 —70-х годах происходило постепенное снижение уровня естественного прироста населения, которое в середине 70-х годов было усугублено резким спадом в притоке иммигрантов из-за ухудшения экономической ситуации в стране. К концу 70-х годов иммиграция вновь возросла, но в настоящее время она ограничивается всвязи с новымобострением проблемы занятости. Поэтому, по крайней мере в среднесрочной перспективе, темпы роста населения страны будут весьма умеренными.

Таким образом, налицо резкое ухудшение положения с использованием трудовых ресурсов страны. Среди основных причин резкого увеличения масштабов безработицы следует выделить, с одной стороны, значительный рост женской занятости и особенно массовый выход на рынок труда молодежи, родившейся в 50-х и 60-х годах (период наиболее высоких темпов роста населения), а с другой — сокращение числа создаваемых рабочих мест из-за замедления темпов экономического роста и уменьшения его трудоемкости.

Изменения в отраслевой структуре занятости представлены в таблице 3. Доля сельского хозяйства еще в 1950 г. была в Австралии одной из самых низких в капиталистическом мире (14,6 %) и продолжает оставаться такой в настоящее время 8. Удельный вес обрабатывающей промышленности колебался в пределах 25 — 28 % до середины 60-х годов, а затем начал снижаться, причем во второй половине 70-х годов сократилось абсолютное число занятых в отрасли.

п.). Кроме того, это сопровождалось бумом капиталовложений в сфере недвижимости. В 70-х годах динамика нормы накопления являла собой прямо противоположную картину. Ее величина резко сократилась с 26,3 % в 1970/71 г. до 21,2 % в 1979/80 г. Основную роль здесь сыграли два фактора. Во-первых, снизился удельный вес инвестиций в сырье в связи с завершением в начале 70-х годов определенного этапа в освоении природных ресурсов страны.

е. соотношение между активной (машины и оборудование) и пассивной (здания и сооружения) частями вложений в основные фонды, в связи с особенностями послевоенного экономического развития Австралии характеризуется более высоким, чем в большинстве других капиталистических стран, удельным весом вложений в здания и сооружения в общей сумме производственных инвестиций (это одна из причин высокой капиталоемкости экономического роста).

Таким образом, на фоне серьезного ухудшения экономического положения в стране и связанной с этим стагнацией и сокращением реального объема частных производственных инвестиций, наличием значительных избыточных мощностей * наблюдался реальный рост вложений в оборудование, который усиливал степень недогрузки предприятий (выбытие мощностей было относительно небольшим) и отрицательно влиял поэтому на уровень фондоотдачи.

развития Австралии в 50—60-х годах темпы прироста капиталовложений значительно (в 2— 2,5 раза) опережали темпы прироста занятости, соответственно возросла фондовооруженность труда. В 1972 — 1979 гг. темпы прироста капиталовложений и занятости почти сравнялись (0,9 и 0,85 % соответственно в среднем за период), т. е. фондовооруженность почти не повышалась ". Вместе с тем сдвиги в структуре инвестиций привели к тому, что увеличилась активная часть фондов, приходящаяся на одного занятого.

сначала в главных капиталистических странах, а с конца 1981 г. поразившего и Австралию. Кризис оказался самым глубоким за послевоенный период — впервые сократился в годовом исчислении ВВП страны ( — 0,8% в 1982 г.), резко снизились объем промышленного производства (на 13 — 14%) и частные производственные инвестиции (на 15 — 17%). Кризис значительно осложнил структурную перестройку экономики и ухудшил показатели использования производительных сил.

Она находится на предпоследнем месте среди указанных государств по отношению экспорта к импорту наукоемкой продукции 13. Таким образом, налицо разрыв между фундаментальными исследованиями, проведением НИОКР и внедрением их результатов. Особенно отстает Австралия в сфере промышленных НИОКР. Поэтому в последние 10 лет австралийским правительством принят ряд мер, которые включают в себя создание Австралийского совета по науке и технике и других организаций, координирующих работы в данной области.

Последовавшие затем сдвиги в отраслевой структуре определялись главным образом расширением индустриальной базы экономики, освоением природных ресурсов континента, ростом сферы услуг и ухудшением условий для увеличения производства в сельском хозяйстве. В результате произошло резкое снижение зависимости экономики от состояния одной, довольно уязвимой по своему характеру, отрасли, какой является сельское хозяйство.

, к началу 80-х годов опустилась на девятое 15. Австралия существенно уступает большинству развитых капиталистических стран по доле обрабатывающей промышленности в ВВП. Такое положение во многом было предопределено самим характером развития отрасли в послевоенный период. Преимущественная ориентация на внутренний рынок (под защитой протекционистских таможенных барьеров) первоначально дала свои плоды.

т, выпуск автомобилей остался на прежнем уровне и т. д. Исключение из общей картины представляет производство электроэнергии, которое составило в 1979 г. 96 млрд. кВт • ч 17. В условиях обострения проблемы сбыта остро встал вопрос о конкурентоспособности обрабатывающей промышленности. И здесь достаточно явно проявились слабости отрасли. Они выражались прежде всего в том, что размер единичных мощностей на промышленных предприятиях страны, как правило, значительно ниже оптимальных.

В швейной промышленности, например, издержки производства единицы продукции более чем в 2 раза, а в значительном количестве случаев более чем в 3 раза пыше, чем в развивающихся странах Азии, где заработная плата составляет не более 5% от австралийского уровня. Не случайно поэтому, что доля швейных импортных изделий (в основном из этих стран) на внутреннем рынке увеличилась в прошедшем десятилетии с 11 до .

Напротив, доля машиностроения (где непропорционально велика роль автомобильной промышленности) существенно ниже, чем в главных капиталистических странах. В 'значительной мере обеспечивая себя относительно простой готовой продукцией, Австралия в очень широких масштабах импортирует более сложные ее виды (в первую очередь материалы с высокой степенью обработки, а также машины и оборудование). При слабой в целом экспортной ориентации обрабатывающей промышленности это вылива Экономический кризис 1974 — 1975 гг.

автомобильных двигателей и год, до 70% которых предназначено на экспорт, главным образом в ФРГ и Великобританию. Взамен компания получает возможность (по разрешению правительства) расширить ввоз более дешевых импортных частей и узлов для автомобилей, собираемых в Австралии 21. Третье направление связано с наращиванием экспортного производства в материало- и энергоемких отраслях. 1)то касается прежде всего цветной металлургии, химии и нефтехимии, целлюлозно-бумажной промышленности.

Масштабы его были настолько велики, что он оказал глубокое воздействие на экономику страны в целом и на ее различные сферы. С 1966 по 1970 г. физический объем продукции горнодобывающей промышленности увеличился в 2 раза, а в последующие годы — еще в 1,5 раза 24. В короткий срок Австралия превратилась в одного из крупнейших в мире производителей и экспортеров минерального сырья (см. гл. III). В довоенное время и в 50-х годах в Австралии из полезных ископаемых в крупных размерах добывались главным образом руды цветных металлов — свинца и цинка, существенным был объем добычи угля, благородных (золота, серебра) и некоторых редкоземельных металлов.

В конце1 70-х годов только в железорудной промышленности страны простаивали мощности по добыче 30 млн. т руды и год. проблемы в капиталистическом мире значительно повысило интерес к соответствующим природным ресурсам Австралии, что подстегнуло развитие в стране добычи энергоносителей. Это сказалось на отраслевой структуре горнодобывающей промышленности: с 1969 по 1979 г. доля добычи металлических руд в общей стоимости горнодобывающей продукции снизилась с 60 до 45%, в то время как доля добычи всех видов топлива увеличилась с 30 до почти 50% 25.

до 120 млн. т 29. Конечно, данный прогноз несет на себе отпечаток «второго нефтяного шока» 1979 г., который привлек еще большее внимание к альтернативным источникам энергии. Снижение цен на нефть в начале 80-х годов скорректировало прогнозы в сторону более медленного расширения мировой торговли углем в будущем. Однако и в этом случае роль Австралии как поставщика угля должна существенно увеличиться.

Поэтому правительство стимулирует, с одной стороны, разведку нефти, а с другой — снижение ее удельного неса в энергобалансе путем частичной замены природным газом и углем и внедрение энергосберегающей технологии (в частности, на транспорте, где потребляется 55% используемой в стране нефти) . Согласно прогнозу, подготовленному министерством национального развития и энергетики Австралии, среднегодовые темпы прироста потребления нефти составят в 80-х годах менее 1%, тогда как в 60 — 70-х годах они достигали почти 6% 34.

Вывоз сельскохозяйственных товаров дает от 40 до 50% всех экспортных доходов Австралии. По оценке сельскохозяйственных органов Австралии, снижение объема сельскохозяйственной продукции на 1 долл. ведет к аналогичному сокращению производства в несельскохозяйственном секторе экономики 37. Поскольку объем производства в отрасли подвержен значительным колебаниям, то положение в ней существенным образом сказывается на общих темпах хозяйственного роста страны.

Несмотря на значительно менее благоприятные природные условия, чем у большинства других капиталистических государств, Австралия входит в число ведущих экспортеров сельскохозяйственной продукции. В послевоенный период численность занятых в отрасли сократилась примерно на 30%, а производство многих важнейших сельскохозяйственных товаров существенно увеличилось (см. табл. 9 и 10). Что этому способствует? Во-первых, в ряде областей (прежде всего овцеводство, выращивание зерновых культур) неблагоприятные природные условия компенсируются наличием огромных площадей.

Исторически сложилось так, что ведущую роль в нем играло овцеводство, ориентированное главным образом на производство шерсти, до 90% которой идет на экспорт, К настоящему времени удельный вес этой отрасли в сельском хозяйстве заметно снизился, хотя Австралия продолжает занимать первое место в мире по производству и экспорту шерсти. В 60-х и 70-х годах быстро развивалось разведение крупного рогатого скота мясного направления.

3. Размещение производительных сил Перестройка отраслевой структуры хозяйства тесно связана со сдвигами в размещении производительных сил, которые в свою очередь оказывают серьезное воздействие на различные аспекты экономического роста страны. В послевоенный период, с одной стороны, происходило дальнейшее укрепление роли крупнейших городов Австралии — Сиднея, Мельбурна, Брисбена, Аделаиды, Перта и прилегающих к ним районов, где сосредоточена подавляющая часть экономического потенциала Австралии.

На них приходится всего около 13% территории, но более 60% населения, свыше 70% производства продукции обрабатывающей промышленности, более половины продукции сельского хозяйства и значительная часть добычи полезных ископаемых. Каждый из этих штатов опережает по удельному весу в экономике любой из трех других основных штатов страны — Квинсленд, Южную Австралию и Западную Австралию. Вместе с тем следует отметить, что в 70-х годах роль Квинсленда и Западной Австралии существенно возросла.

Усиление экономического потенциала «молодых» штатов — Квинсленда и Западной Австралии, рост на этой основе их амбиций вносят новые элементы в хозяйственную и политическую жизнь страны, некоторые из них будут рассмотрены в дальнейшем. 4. Концентрация производства и монополистическая структура экономики Перестройка австралийской экономики, вызванная изменениями условий ее функционирования в 70-х годах, сопровождалась активизацией процесса концентрации производства и капитала, заметными сдвигами в монополистической структуре хозяйства страны.